1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer

Небытие тоже определяет сознание

prewЧто труднее всего на свете? – спрашивал Гете. И отвечал: видеть своими глазами то, что лежит перед ними. Осмелимся дополнить: и поддерживать не любые, а жизне-человеко-сохраняющие тенденции времени.

В уме, но уже не в своем

В современных теоретических взглядах на судьбу человека наиболее влиятельны два течения. Первое – большое, рыхлое, в виде традиционной философии гуманизма, исходящее из реалий макромира, человека как личности и субъекта, мыслящего, находясь в сознании. Личность–субъект–сознание – старая троица эпохи модерна, ее обсуждают, заботятся о развитии, толкуют даже о совершенствовании.

Второе течение – культивируемая на переднем крае познания как постмодернизм идеология изживания человеком самого себя. Она постулирует предстоящий конец человека во всех его проявлениях, отражает движение к новому, несоразмерному с природой родового человека состоянию искусственного.

Итак, живые=смертные, «естественные» люди с одной стороны; «самоубийцы», техно(бес)смертники – с другой. Концентрированным выражением второго подхода можно считать так называемую стратегическую инициативу «Бессмертие-2045».

Реальные процессы идут посредине: личность размывается. Однако о прямом самоуничтожении человека говорить рано, киборги и искусственный интеллект – перспектива если и близкая, то не абсолютная. Ей предшествует, будет предшествовать человек, который еще мыслит, действует, хотя все больше без осознания того, для чего, куда и к каким последствиям ведет то, что он делает. Он пока в уме, правда, уже «не в своем».

В обществах, дальше продвинувшихся по пути техницистской деградации, данная тенденция выразилась в росте интереса к феномену зомби. Зомби – существо, которое подобно человеку, но все делает механически, не испытывая чувств, без души, без «внутреннего», как бы подчиняясь приказам извне. Как восставший из могилы и оживший мертвец, или «undead» (близкий термин в англоязычной литературе), немертвый, или мертвый, но не погребенный (в славянском фольклоре – вурдалак).

Выйдя из языческой религии вуду, «зомбизм» инфицировал передовой отряд человечества. Теме зомби уделяют возрастающее внимание кино, литература, возникла мифология зомби, ее интенсивно эксплуатируют массмедиа и поп-культура. Пошли толки о том, что для современного человека сознание с его сомнениями, неоднозначностью выводов, субъективными оценками и эмоциями больше не нужно. Оно не эффективно. Человек (?) вполне может жить без него.

По рациональной организации и логической непогрешимости зомби превосходят людей. Зомби начали писать книги о том, что быть зомби совсем не трагедия, скорее хорошо. При этом с безразличием и даже радостно обсуждается вопрос, почему людям в будущем не останется места. (См., например: Joy B. Why the Future Doesn't Need Us? // Wired, 2000. Apr. Vol.8. № 4.)

Вектор движения человеческой цивилизации к постчеловеку перестает ее авангард не только пугать, но и беспокоить. Вот-вот появится поведенческая мода: быть зомби – это круто. Вурдалаки (undead) на подходе!

Постчеловеческая наука

Определяя индекс «зомбизации» того или иного общества, целесообразно различать по крайней мере два вида зомби: слабые и сильные. Это уместная аналогия с различением слабого и сильного искусственных интеллектов.

Слабый (легкий, частичный) зомби – мыслящие зомби. Они мыслят и действуют, но отвечают только на вопрос «как», не интересуясь, почему, зачем это делают, к чему ведет их мышление, если его продолжить. Они мыслят без осознания последствий, как бы не в собственном, человеческом, уме. Кто по молодости лет попытается осознавать, куда идет прогресс дальше своего носа, более опытные коллеги скажут: «Shut up and calculate» (заткнись и вычисляй).

В свое время Роберт Оппенгеймер на предупреждения об опасности атомной бомбы для человечества ответил: главное, чтобы была хорошая физика. Сейчас почти вся наука вышла за пределы жизненного мира людей и стала постчеловеческой, а значит опасной, в сущности, если брать ее «саму-в-себе», демонической. Однако большинство ее творцов не желают со(при)знавать необходимость установления границ для своей деятельности. Главное – производить новации. И внедрять их, не думая (кто-то – стараясь не думать) о сколько-нибудь отдаленных результатах. Мыслить без смысла.

Наиболее распространенные места обитания интеллектуальных зомби – «силиконовые долины», технопарки, компьютерные лаборатории университетов и другие инкубаторы достижений постчеловеческого прогресса. Уже есть выдвинутые этой средой зомби-министры.

Утрачивая сознание, слабые зомби остаются, однако, в сфере Слова. У многих сохраняется способность не только мыслить, но и осознавать, если это происходит вне рамок профессиональной деятельности.

В отличие от них сильные зомби ориентированы на исчисление, матезис (греч. mathesis – знание. – «НГН»). Это представители информационного знания, обитающие все больше в виртуальной реальности. Их мышление полу- или полностью формализовано, они обходятся без обращения к смыслу вообще. Если слабые зомби не желают думать о последствиях своей деятельности, то сильные теряют способность думать (в человеческом смысле) вообще. Это (за)программированные зомби. Они сортируют, комбинируют и обрабатывают информацию. От традиционного мышления у них если и остаются, то лишь мыслекоммуникации.

Возникает, распространяется феномен функционирующей без мышления зомбократии. Утрата смыслов, субъектности (легкие зомби) перерастает в утрату самости, своего «я» (тяжелые зомби). По мере нарастания скорости в гонке высоких технологий постчеловеческая ориентация становится все более влиятельной и агрессивной.

Зомби – ближайшая переходная ступень к будущим киборгам и искусственному интеллекту. И все это, для самообмана, называется «бессмертием».

Закат сознания, его редукция к техническому мышлению – внутреннее содержание, своего рода антропологическая реализация «Заката Европы» Освальда Шпенглера, «Конца истории» Френсиса Фукуямы, «Заката Запада» Патрика Бьюкенена. Это и есть возникновение «Последнего человека», постчеловека. Превращение культуры в цивилизацию, а цивилизации – в Технос, который они предвидели и которым пугали. Но боятся всегда будущего.

Свидетели Заката

В прогрессистской философской литературе начал культивироваться феномен мизантропологии, всяческого поношения человека и отказа от него в пользу роботообразных. Перед перспективами осуществления этих новаторских идей опасения провидцев заката современной цивилизации выглядят наружными симптомами известной роковой болезни (Духа). Мы свидетели, кто способен и решается видеть, Заката-конца Человечес(тва)кого.

«Подводящей» идеологией к состоянию, когда ему наступит полный конец, является движение за Homo enhancement (улучшение человека) – непрерывное, без какого-либо образца или идеала. Или – создание, конструирование нового сущего, переход к универсализму техноэволюции. С точки зрения судьбы Homo sapiens, началась его дегенеративная э(ин)волюция. Перерождение в мутантов.

Трансгуманисты пока не составляют большинства даже в передовых странах, но их суицидальные для человечества идеи быстро набирают сторонников. Бытие определяет сознание. Небытие тоже определяет сознание. Распространяется сознание небытия, маскируемое иллюзиями насчет ноосферы, органотехнического усиления способностей, «пережизни», бессмертия и прочих благ, которые по(на)стигнут человека.

Трансгуманисты второй волны от этого самообмана отказываются, утверждая, что подлинное назначение людей в том, чтобы превратиться в нелюдей, люденов, трансхьюманов и т.п. Как можно скорее стать материалом прогресса. Инопланетянами на собственной Земле. И сделать для этого саму Землю «поствитальной», как другие безжизненные планеты.

По мере превращения из субъектов научно-технического развития в его фактор, то есть становясь зомби, люди перестают выражать собственно человеческие интересы и сами предлагают реализовать провозглашенную в постмодернизме «смерть человека» практически. Уверяя себя и других, что они не марионетки технопрогресса, а «просто» хотят, оставаясь человеком, стать бессмертными (в Сети, в виде «голограммы» или/и робота). Да глупости все это, про бессмертие, в лучшем случае фантазии 12-летнего подростка. Оно будет, но чего-то Иного. Которое тоже со скоростью смены технологических поколений будет меняться: 2045... 2070... 2100 и т.д. – в дурную бесконечность, естественно, даже без остат(н)ков человека. Людоделы становятся людоедами.

Они пришли... (Само)убийцы. За нами. И за собой, насколько они еще люди. За всеми, кто осознает, тем более чувствует себя человеком и хочет сохранить эту идентичность. И судя по тому, как их встречают (в основном восторженно, ведь это прогресс), мы не будем знать, когда нас не будет. Бедное, бедное, глупое, несчастное человечество. Само роет себе могилу. Welcome Zombie!

Владимир Кутырев

(НГ) 27.05.2015