1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer

Прошедший экономический форум в Санкт-Петербурге был богат на замечательные заявления

Речь не о том, чего мы не знали. Скорее о том, что уже давно публично не обсуждалось. Например глава Минприроды озвучил, что программа на 20 лет по ликвидации накопленного экологического ущерба будет стоить около $3 млрд. К сожалению, не знаком с детальным списком этих проектов, однако если речь идет действительно о всех видах ущерба, то цифра эта, мягко говоря, занижена на порядки.

Как положено в России, до половины этих денег уйдет на кормление чиновников, их семей, соседей и старых друзей. Так что и эта, весьма недостаточная цифра серьезно уменьшится. Сколько средств дойдет до реальных проектов – таких, в которых ущерб на самом деле снижается, а не таких, в которых мусор сгребают в кучу и вывозят подальше, где он продолжает травить окружающую среду – сейчас не сможет сказать никто.

Но это далеко не самое интересное. Удивительные вещи звучали на панельной дискуссии «Глобальные прогнозы в энергетике: в поисках стабильности».

Сказаны были главой «Роснефти» Игорем Сечиным, одним из наиболее влиятельных и близких к руководству страны политических деятелей. В целом, речь шла о сланцевом газе, который, как верно замечено, с экологической точки зрения является едва ли приемлемым источником энергии. Тем не менее, все больше аналитиков прогнозируют, что разработки сланцевого газа на Западе приведут к снижению роли «Газпрома» как одного из основных поставщиков.

Предельно ясно, какова политическая подоплека нападок на сланцевый газ, однако здесь гораздо интереснее, как за этой критикой вдруг возникла тема атомной энергетики: «В цену сланцевого газа сейчас не включены затраты на консервацию скважин и рекультивацию земель. Потребители должны быть предупреждены, чтобы не повторилась ситуация с атомной энергетикой», – сказал Сечин.

И далее: «Энергию АЭС называли самой чистой и дешевой, но не указывали, что расходы на закрытие станций и утилизацию топлива могут быть настолько велики, что в итоге эта энергия окажется самой дорогой».

О том, что атомная энергия – самая дорогая, уже давно говорят далеко не только экологи. Сегодня можно получать новую энергию в три раза дешевле и быстрее за счет реконструкции газовых ТЭС (по сравнению со строительством АЭС). Однако официальными лицами в России всегда утверждалось прямо противоположное – АЭС самые чистые и дешевые. Первое было опровергнуто в Японии, а второе теперь опровергнуто Игорем Сечиным. Не экологическим активистом, не бывшим замминистра по атомной энергии, находящимся в оппозиции руководству отрасли. А одним из приближенных Путина, с 1999 года замруководителя администрации Президента, в 2008-2012 гг – вице-премьером.

Первый вопрос, который рождается в этой ситуации – разве не Игорь Сечин был одним из наиболее влиятельных людей в стране, когда правительство под руководством его патрона принимало мегаломанские программы развития атомной энергетики? Разве не при нем выделялись гигантские средства «Росатому» на строительство АЭС? Говорит ли Сечин о том, что российские власти располагали полной информацией, когда принимали решения, заведомо экономически ущербные для страны? Или же о том, что в настоящем правительство готово признать курс на развитие атомной энергетики большой ошибкой? Если второе, будут ли отменены проекты АЭС, находящиеся сейчас в стадии строительства? Например, готовящийся в зоне нестабильных карстов проект Нижегородской АЭС, которая может попросту провалиться под землю. Или Балтийской АЭС, около которой грунтовые воды выходят на поверхность, а следовательно, фундамент подтапливается. Энергия с БалтАЭС, кстати, предназначена для Европы, а ядерные отходы – для россиян. Ведь именно об этих отходах упоминает Сечин как о факторе, делающем атомную энергетику самой дорогой. Это их нам придется хранить миллион лет.

Важно, критика прозвучала не в отношении отдельного чиновника или какого-то одного проекта «Росатома» – речь идет о фундаментальных проблемах (с утилизацией АЭС и отходов), которые привели к глубокой стагнации отрасли почти во всех развитых странах, за исключением Франции и Японии. Последняя сейчас пытается справиться с последствиями одной из крупнейших ядерных аварий в истории человечества, а только что избранный французский президент заявил о постепенном закрытии как минимум половины АЭС. Французам, как и россиянам, еще предстоит узнать истинную цену вывода реакторов из эксплуатации. По мнению большинства специалистов, она будет не ниже стоимости строительства, которое является наиболее затратной частью проекта любой атомной станции.

Если исключить время свободного обсуждения проблем атомной энергетики из-за Фукусимы, которое началось весной, а закончилось осенью прошлого года, то критиковать «Росатом» у нас не принято. Вернее, не было принято до последнего выступления Сечина. Этот поворот происходит в крайне непростой для «Росатома» политической ситуации. Практически весь год мы наблюдаем рекламную кампанию госкорпорации в России и за рубежом под лозунгом «Нам лучше, чем было до Фукусимы». И тут вдруг такая «помощь», да еще на глазах у потенциальных заказчиков и даже инвесторов.

В интервью телеканалу «Дождь», взятом вскоре после заявления Сечина, глава «Росатома» Сергея Кириенко казался несколько растерянным. Принялся объяснять соотношение цены возведения АЭС и издержек во время эксплуатации, вместо ответа о цене вывода из строя старых реакторов и утилизации ядерных отходов.

Другими словами, был не готов к полемике. Само по себе это означает, что вопрос о выводе старых реакторов из эксплуатации не входит в список приоритетов Кириенко. Это весьма тревожная новость, ведь в ближайшем будущем такой процесс России предстоит начать в любом случае.

Более 20 атомных реакторов сейчас близки или уже перешагнули 30-летний срок эксплуатации, определенный проектировщиками. «Росатом» играет с огнем, продлевая сроки еще на 15 лет, но ведь и этот период для некоторых блоков скоро подойдет к концу. Старение и охрупчивание материалов невозможно отменить указом Кириенко. И какая бы модернизация ни была проведена, невозможно построить защитную оболочку (являющуюся нормой в современных реакторах) на работающих в России старых блоках чернобыльского типа (РБМК) и первого поколения ВВЭР.

Трудно предположить, получит ли продолжение дискуссия о чрезвычайной дороговизне новых АЭС в России после заявления Сечина. Возможно, все это - прелюдия к урезанию расходов госкорпорации в эпоху очередного экономического кризиса. Вспомните, именно Сечин объявлял во время прошлого кризиса об уменьшении расходов «Росатома». Впрочем, возможно за событиями на питерском форуме стоит нечто большее, ведь для урезания расходов совсем не требуется публичное обсуждение фундаментальных, так и не решенных за 60 лет проблем атомной энергетики.

Табу на обсуждение и критику «Росатома» в российских СМИ должно быть разрушено. Конечно, Сергею Кириенко выгодно, чтобы «Росатом» воспринимался лишь как крупная энергетическая компания, одна из многих. Тем не менее, разговор не столько о бизнесе, сколько о технологии, безопасность которой чрезвычайно трудно гарантировать, что ярко продемонстрировали Чернобыль и Фукусима. Это разговор о единственной энергетической технологии, использование которой привело к наиболее крупным радиационным техногенным авариям в истории. Вместе с этим, АЭС обеспечивают 16% электроэнергии, но в балансе первичной энергии это лишь около 5%. Другими словами, не являются незаменимыми в условиях весьма богатой ресурсами России.

Обсуждение атомной энергетики является крайне важным с точки зрения общественного интереса. Атомная энергетика существует для общества, а не наоборот.

Поэтому мы имеем право обсуждать ее плюсы и минусы и решать ее судьбу, как это происходит в европейских странах. Обсуждать не только ее безопасность, но и экономическую оправданность. Ведь в отличие от других источников энергии, атомные станции становятся все более дорогими. Если в 1990 году блок мощностью 1000 МВт стоил в среднем около $1 млрд, то сейчас в России и Европе цена выросла в 4-5 раз, а по предварительным прогнозам в США она будет еще выше – до $10 млрд. Это ли не повод для переоценки стратегического курса? Ведь при таких затратах ветровые и солнечные источники, цена которых за последние годы упала более чем на 70%, становятся совершенно рентабельными. Что доказывают новые проекты и масштабные инвестиции в эти источники в Европе, США, Китае, Индии и других странах.

Безопасная энергетика должна быть среди приоритетных тем в общественной дискуссии. Это и вопрос направления огромных государственных субсидий, и вопрос развития экономики и промышленности, и вопрос здоровья населения и чистоты окружающей среды. Трудно представить себе сферу столь же сложную, сколь и важную, за исключением, может быть, демократических преобразований. С последним вроде стало получше, время браться за первое.

Владимир Сливяк,
сопредседатель российской экологической группы «Экозащита
26 июня 2012
Источник: http://echo.msk.ru/blog/ecodefense/903025-echo/