1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer

«Стремительный домкрат» навис над «Русгидро». Зачем компании потребовалась новая система

rusgidroВ компании «РусГидро» разработали систему контроля, которая позволяет сделать деятельность компании абсолютно прозрачной для всех проверяющих органов. Ей руководство компании собирается посвятить целую пресс-конференцию. Источник из исполнительного аппарата рассказал, что стало причиной ее разработки, а также о том, что реализация проектов в угоду прозрачности затормозилась.

В начале года на совещании у президента Владимира Путина руководителю «РусГидро» Евгению Доду пришлось оправдываться за украденный у компании при строительстве Загорской ГАЭС-2 миллиард (факт, что хищения были до прихода Дода в компанию, смягчающим обстоятельством не явился). Затем на Северном Кавказе завели уголовные дела на директоров «дочек» компании — их местные следователи обвинили в неправомерном возврате НДС, хотя компания представила одобрение ФНС схемы включения возвращенного НДС в финансирование строительства. Стало очевидно, что нужна новая схема контроля за расходами.

И она появилась — в проекте строительства новых электростанций на Дальнем Востоке, на которое государство выделило 50 миллиардов рублей. Пока Сбербанк, который отвечает за прозрачность использования денежного потока, выбирает технических аудиторов, чтобы проверить экономические и технические решения на будущих объектах, «РусГидро» оплачивает работы по ним из своих денег. В этом нет ничего странного —государство выделило на строительство 50 млрд рублей, даже в отсутствие всей документации стоимость проектов оценивается в 64 млрд рублей. Разницу компания платит сама.

Целевые же 50 млрд рублей лежат в том же Сбербанке, и за это время на них «накапало» 1 млрд 600 тыс. рублей. Они также будут направлены на эти стройки — такая строка есть в перечне источников финансирования. Получается, что медленное запрягание в данном случае выгодно государству. Кроме того проверяющие органы всегда смогут моментально получать информацию о ходе строительства и о том, как работают госсредства. Возможно, такая схема должна быть внедрена в каждой компании, в капитал которой государство вкладывает деньги. Не зря Президент РФ Владимир Путин на встрече с Евгением Додом был очень заинтересован системой контроля.

Вопросов хотели избежать, но они тем не менее возникли. Судя по тому, как эти вопросы поставлены, «РусГидро» переживает достаточно неприятный для любой крупной компании период — ее «друзья» проверяют ее на прочность. Менее искушенные подозревают компанию, что она может оставить проценты себе; более искушенные — что жесткий контроль над деньгами приведет к срыву сроков строительства станций. Согласования действительно растягиваются на месяцы, а потом вдруг меняется руководство Счетной палаты, и новое руководство внезапно вспоминает про лежащие без дела 50 миллиардов.

Крайней в этой ситуации оказывается, естественно, компания. Ей не привыкать быть крайней. После катастрофы на Саяно-Шушенской ГЭС одно время казалось, что с ней вообще покончено. Однако компания взялась за восстановление СШГЭС и уже близка к ее завершению, затеяла масштабную комплексную модернизацию ГЭС Волжско-Камского каскада, практически достроила Богучанскую ГЭС и развернула строительство станций на Дальнем Востоке.

Однако сейчас ее вводят в ступор. Спору нет, контроль над государственными финансами нужен, и строгий; любая деятельность в государственных интересах должна быть чистой. Однако изобилие контролирующих инстанций в очередной раз превратило процесс контроля в «стремительный домкрат» из бессмертного произведения Ильфа и Петрова.

Иван Петровин
(Московский комсомолец, 26.11.2013)

«РУСГИДРО» ОПЯТЬ ДАЛИ ДЕНЕГ. ТЕМ ВРЕМЕНЕМ «РУСГИДРО» СРЫВАЕТ СРОКИ СТРОИТЕЛЬСТВА НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ

Финансирование новой инвестпрограммы «Русгидро» на 2014–2016 годы выросло на треть, до 262 млрд руб. При этом, как установила Счетная палата, компания уже сорвала сроки начала проектных работ по четырем электростанциям на Дальнем Востоке и использует десятки миллиардов инвестиционных средств не по назначению, прокручивая их в банке.

На состоявшейся не так давно коллегии Счетной палаты аудитор Валерий Богомолов заявил, что существуют серьезные риски срыва сроков начала работ на объектах топливно-энергетического комплекса Восточной Сибири и Дальнего Востока, что может повлиять на стоимость их строительства и на несвоевременный ввод в эксплуатацию, запланированный на 2016 год.

Одновременно Счетная палата раскритиковала размер взноса, который государство внесло в уставный капитал «Русгидро». В частности, речь идет о вложенных в прошлом году из федерального бюджета в компанию для строительства объектов энергетики на Дальнем Востоке 50 млрд рублей, которые сейчас прокручиваются на депозитном счете в Сбербанке. Речь идет о первой очереди Сахалинской и Якутской ГРЭС-2, ТЭЦ в Советской Гавани и второй очереди Благовещенской ТЭЦ. «Проектно-сметная документация по четырем объектам, которые поименованы в указе президента, до настоящего времени не утверждена, — пояснила председатель палаты Татьяна Голикова. — И очень высока вероятность того, что средства в течение 2013 года использованы не будут. Я сомневаюсь в эффективности подобных вложений. В пояснительной записке к закону о бюджете даже нет объяснений, зачем такие расходы вообще нужны». Зато в «Русгидро» за первые полгода уже получили 1,6 млрд рублей в качестве процентов.

Несмотря на это, Минэнерго на прошлой неделе утвердило увеличение инвестиционной программы «Русгидро» на 2014–2016 годы до 262 млрд рублей, именно с учетом упомянутых 50 млрд.

«Русгидро» уже не первый раз попадает под огонь жесточайшей критики. В середине февраля 2013 года на совещании Владимир Путин публично сделал замечание о нежелании разбираться в хищениях внутри компании. В качестве примера президент привел ситуацию с Загорской ГАЭС-2 в Подмосковье, где полиция вскрыла миллиардные хищения в ходе строительства.

Тогда в компании «Русгидро» сделали хорошую мину при плохой игре: обещали и проведение дополнительных проверок, и разработку предельно понятного механизма строек и контроля.

Однако знающие люди считают, что все это игра на публику. Реально же в этом году к лучшему ничего не поменялось: число уголовных дел растет, качество работ ухудшается, сроки постоянно срываются. О проблемах с четырьмя станциями на Дальнем Востоке написано выше. Теперь о воровстве.

В июле 2013 года Главное управление экономической безопасности и противодействия коррупции МВД России возбудило уголовное дело по статье «Мошенничество в особо крупном размере» — с деньгами, выделенными на строительство Загорской ГАЭС-2. Генподрядчик строительства «Гидрострой» заключил десятки субподрядных договоров с фирмами-однодневками, куда перечислялись средства по фиктивным договорам. В результате объект построили так, что в сентябре из-за просадки плиты фундамента машинного зала гидроэлектростанция была затоплена. Чудом никто не погиб. Убыток от аварии достиг 10 млрд рублей.

По статье «Мошенничество» возбуждены дела в отношении руководителей Бурейской ГЭС, ОАО «Зарамагские ГЭС», Карачаево-Черкесской гидрогенерирующей компании.

Суммарный ущерб составляет более миллиарда рублей. Дошло до откровенной уголовщины. Летом у авторитетного директора дагестанского филиала «Русгидро» Тимура Гамзатова дома в Махачкале изъяли целый арсенал оружия и боеприпасов.

Пока же в компании на словах борются с коррупцией и «куют» честные кадры. Руководителя компании журнал Forbes в 2013 году включил в рейтинг наиболее высокооплачиваемых гендиректоров российских госкомпаний. Он в нем занимает почетное 15-е место с ежегодным доходом $7 млн. Впереди немногие: руководители «Роснефти» — Сечин, «Газпрома» — Миллер, «РЖД» — Якунин... Как говорится, есть к чему стремиться.

Александр Маслов
(Московский комсомолец, 26.11.2013)