1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer

Найдет ли Россия место в новой климатической реальности

kioto-2В ноябре этого года вступило в силу одно из важнейших международных соглашений для будущего человечества — Парижское климатическое соглашение, призванное объединить государства перед лицом климатической катастрофы. Сейчас, когда 113 стран в рекордные сроки ратифицировали документ, Россия всё ещё медлит. Что происходит и есть ли надежда на прогресс и в нашей стране?

У ископаемого топлива нет будущего...

Парижское соглашение закрепило глобальное согласие об основном пути развития человечества.

Человечество больше не может безоглядно сжигать уголь, нефть и газ, если мы хотим удержать рост температуры планеты в рамках относительно безопасных 2° C и, тем более, безопасных 1,5°.

Климатическая наука безжалостна и не оставляет места для вопросов в духе «Есть ли у России свой путь с нефтью и газом». Недавний сенсационный доклад на эту тему делает однозначный вывод: запасов нефти и газа в уже существующих месторождениях достаточно, что нагреть планету сильнее, чем на 1.5° C, а если учесть угольные месторождения — то больше, чем на 2° C.

Это значит, что новые месторождения ископаемого топлива просто нельзя разрабатывать, если мы заботимся о будущем. А если принять во внимание главную идею Парижского соглашения, отныне любое расширение углеводородной индустрии, будь то новое месторождение угля, нефти или газа — это нарушение права каждого жителя планеты на благоприятную окружающую среду и безопасное будущее.

Тем временем глобальный переход к низкоуглеродной экономике идёт полным ходом. Возобновляемые источники энергии (ВИЭ) становятся мейнстримом, они уже сегодня конкурентоспособны на многих рынках.

Последний доклад REN21 «Состояние возобновляемой энергетики 2016» отмечает, что глобальные инвестиции в ВИЭ в 2015 году достигли рекордного уровня, уже шестой год подряд опережая инвестиции в традиционную энергетику.

Система транспорта скоро изменится до неузнаваемости: кредитные агентства уже предупреждают нефтяные компании, что распространение электромобилей представляет для них серьёзную угрозу.

Правительства некоторых стран от Индии до Евросоюза уже заявили о планах полностью запретить двигатели внутреннего сгорания в ближайшие 10-20 лет.

...и в России об этом начали задумываться

Понимание того, что мир изменился, приходит и к России. Правда, чтобы это заметить, нужно присмотреться очень внимательно.

По мнению Аналитического Центра при Правительстве РФ, ставка ведущих стран на экологию и энергобезопасность говорит об их стремлении снижать зависимость от традиционного топлива. Это значит, что России с её углеводородной экономикой будет всё сложнее.

Капля позитивных новостей есть и в последней редакции Энергетической стратегии России до 2035 года. В ней говорится, что освоение северных территорий и шельфа Арктики начнётся не раньше 2035 года! Вполне вероятно, что к тому времени потребление нефти пойдёт на спад, а последствия изменения климата станут очень ощутимыми. Так что тратить силы и финансы на добычу столь труднодоступных ресурсов будет бессмысленно и просто неэтично.

Что же касается развития ВИЭ в нашей стране, то и здесь есть крохотные, но сдвиги: к 2024 году в России будут работать 1,5 ГВт солнечной энергетики и 3,5 ГВт ветровой. Но это всего лишь 2% от всей нынешней электроэнергетики. На фоне того, что 48 развивающихся стран планируют переключиться на 100% зелёной энергии в ближайшие 15-35 лет, эти планы лишены всяких амбиций. Более того, они самые скромные среди всех крупных стран.

По крайней мере, возобновляемая энергия получила одобрение от первых лиц государства. На Всемирном энергетическом конгрессе Владимир Путин признал, что «человечество движется в сторону зелёной энергетики, это, безусловно, генеральный путь развития, правильный путь». С этим невозможно не согласиться, но...

Когда же ратификация?

По сообщениям СМИ, российские правительство утвердило план подготовки к ратификации Парижского соглашения.

Чиновники сперва намерены оценить экономические последствия и целесообразность ратификации в запланированных на 2016-2019 гг. докладах. Если учесть опасность климатического кризиса для России, такая постановка вопроса вызывает только недоумение. В условиях климатического кризиса ископаемая энергетика не может оставаться неизменной. Кроме того, она может оказаться неконкурентоспособной быстрее, чем кажется.

Парижское соглашение вступило в силу в рекордные сроки. Между тем, Россия не намерена утверждать его раньше 2020 года. Такое промедление делает страну аутсайдером на международной арене.

Вероятно, с подготовкой большого количества докладов и связан столь затяжной процесс ратификации: министр природных ресурсов Сергей Донской заявлял, что документ вряд ли утвердят раньше 2020 года.

Климатический саммит в Марокко и Россия

На климатических переговорах в Марокко, которые только что закончились, Россия выглядела не слишком обнадеживающе.

И позитивных новостей стоит отметить, что российская делегация объявила приоритетом энергоэффективность в ЖКХ, теплоэнергетике, жилом секторе. Новая программа, которую разрабатывает Минэкономики, потребует не менее 100 миллиардов Евро инвестиций в ближайшие 15–20 лет.

На этом позитив и заканчивается. Во-первых, Россия не намерена сокращать сжигание углеводородов. Во-вторых, свой вклад в сокращение парниковых выбросов правительство видит в том, чтобы расширять атомную энергетику и строить крупные ГЭС.

«Росатом» и «Русал» без всякого стеснения использовали форум для рекламы собственного далёкого от экологичности бизнеса.

По мнению «Росатома», 35 действующих в России атомных реакторов и 36 строящихся за рубежом — это и есть «наш вклад в сокращение выбросов и достижение целей устойчивого развития».

Подобные заявления вызвали недоумение у многих участников форума.

И, несмотря на то, главным предметом климатического беспокойства был президент США Дональд Трамп, известный своим экологическим скептиизмом, главная позорная премия конференции — «Колоссальное Ископаемое» — досталась именно России.

Предстоит многое...

Свежий доклад Программы ООН по окружающей среде подчёркивает, что действовать нужно уже сейчас. Самые важные меры по борьбе с потеплением должны быть приняты до 2020 года.

Задержка всего на несколько ближайших лет означает, что мы теряем шанс удержать рост температуры в рамках 1,5° C. Промедление к тому же увеличит затраты на будущий переход к низкоуглеродному развитию.

Гринпис России призывает Россию усилить и ускорить работу по снижению парниковых выбросов и адаптации к изменению климата.

Для этого необходимо, как минимум:

• Ратифицировать Парижское соглашение в 2017 году;

• Усилить вклад России в сокращение выбросов, который в нынешнем виде позволяет им расти до 2030 года;

• Разработать и принять дорожную карту по сокращению выбросов до 2030 года;

• Принять стратегию низкоуглеродного развития со 100%-м переходом на возобновляемую энергетику к 2050 году (Это возможно! С глобальным докладом Гринпис «Энергетическая революция 2015» можно ознакомиться здесь, и с последним сценарием для России здесь);

• Отказаться от прямых и скрытых субсидий в ископаемое топливо и «ложных решений» климатической проблемы (атомная энергетика, крупные ГЭС, технологии улавливания и захоронения углерода);

• Использовать огромный, но почти нераскрытый потенциал энергоэффективности, что позволит не только сократить парниковые выбросы в России, но и сэкономить массу ресурсов;

• Принять меры по защите лесов, включая адекватное финансирование защиты лесов от огня;

• В течение ближайших лет принять Национальный план адаптации к изменению климата и предусмотреть средства, достаточные для его выполнения;

• Остановить экспансию углеводородной индустрии.

Нельзя откладывать действия по защите климата на завтрашний день, ведь мы получим экстремальные погодные явления, к которым не будем готовы. Промедление также означает упущенные возможности для инноваций и оздоровления экономики. Как показывает опыт Гринпис, самые оптимистичные сценарии роста возобновляемой энергетики сбываются. Будущее ближе, чем мы думаем, и консерватор может остаться за его бортом.

Владимир Чупров,
руководитель энергетической программы Гринпис России, эксперт в области атомной и возобновляемой энергетики, нефтяной отрасли

(Гринпис России, 23.11.2016)