1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer

Байкальский ЦБК испускает дух со скандалами

baikal2Научное сообщество Иркутской области выступило с острой критикой в адрес ООО «ВЭБ Инжиниринг», которое, на взгляд ученых, халатно отнеслось к разработке проекта ликвидации отходов Байкальского БЦБК. Руководитель Лимнологического института РАН академик Михаил Грачев на общественных слушаниях в Байкальске по материалам оценки воздействия на окружающую среду мероприятий ликвидации отходов обвинил автора проекта в стремлении скрыть от общественности результаты своей деятельности с целью быстрого освоения выделяемых федеральным центром средств. Назвав проект халтурой, Грачев под аплодисменты аудитории покинул слушания. Ранее на совместном заседании двух общественных советов — по вопросам окружающей среды при правительстве Приангарья и при территориальном управлении Росприроднадзора — ученые также заявили о поверхностном подходе «ВЭБ Инжиниринга» к поставленной задаче. Но руководство компании согласно далеко не со всеми замечаниями иркутских ученых и опровергает выдвинутые обвинения. В интервью «МК Байкал» генеральный директор ООО «ВЭБ Инжиниринг» Дмитрий Шейбе изложил детали проекта, обосновал выбор технологии ликвидации и объяснил, почему к работе привлечены немецкие специалисты.

— Некоторые представители научного сообщества Приангарья довольно резко отзываются о проекте «ВЭБ Инжиниринга» по ликвидации отходов БЦБК. Объясните, почему за основу проекта взята технология омоноличивания?

— Критерия было четыре. Во-первых, экологический аспект. Карты-накопители находятся в экологической зоне Байкала, и соответственно все, что связано с работой на этих картах, должно вписываться в нормативы сохранности экологии. Во-вторых, экономичность — затраты на рекультивацию должны быть оптимизированы. В-третьих, предложенная технология должна иметь подтверждение на практике. И, наконец, четвертый аспект социально-экономический. Очень важно максимально задействовать в процессе работников комбината и имеющиеся объекты.

Омоноличивание — это наиболее подходящая для данной территории, для данного состава лигнина технология. Она заключается в том, что лигнинная масса превращается в монолит, который инертен по своему составу и легко может посекционно отвердевать, укладываться в эти секции и, закрываясь в геомембраны, засыпаясь почвой, быть абсолютно нейтральным для внешней среды. Методом омоноличивания и в России, и в мире утилизируются самые опасные отходы производства.

В шлам-накопителях БЦБК находится 6,2 млн тонн отходов, в том числе 2 млн тонн надшламовой воды и 2 млн тонн гелеобразного лигнина. Лигнин несет в себе помимо хлорорганики, сероорганики, меркаптанов, метилмеркаптанов еще и азот. Конечно, это не какая-нибудь взрывоопасная, ядовитая смесь, но она в большой концентрации действительно может оказывать негативное влияние на человека. Наша задача — шаг за шагом нейтрализовать эту площадку.

— Где именно метод омоноличивания был испытан?

— Технология апробирована не десятки, а сотни раз. Таким образом утилизировались шламовые остатки металлургических, радиоактивных, ядерных производств, лакокрасочной промышленности. Особенно широко она применялась для ликвидации отходов буровых растворов.

— Если это уже испытанная технология, для чего «ВЭБ Инжиниринг» привлекал к разработке проекта немецких специалистов?

— Дело в том, что они имеют самый большой опыт применения этого метода. У нас же ученые свои наработки держат при себе, не тиражируя их. В Германии другой подход. Если ты сумел метод применить, ты заинтересован в его распространении. И описаний этого метода в Германии мы нашли на порядок больше, чем в России.

Там же в Германии есть и соответствующая техника. Мы сейчас ведем работу по проверке сертификации этого оборудования, проверке функционала, чтобы оно подходило по всем параметрам. Такую технику планируется закупить. Уже идет подбор технологов, инженеров. Они поедут в Германию, будут знакомиться с этим оборудованием. Также предстоит через министерство природных ресурсов организовать конкурс среди поставщиков техники, провести этот конкурс, получить деньги на приобретение оборудования. Это не такой быстрый процесс, как хотелось бы.

— А другие варианты ликвидации отходов вы рассматривали? Ученые Иркутской области предлагали свои методы, а сейчас упрекают вас в том, что вы их не привлекли к работе.

— Когда мы подошли к постановке задачи, прежде всего мы решили провести анализ всех возможных способов утилизации лигнина и шлам-лигнина. Для этого мы попросили о помощи химфак МГУ, на котором я сам учился и с честью могу сказать, что основная профессорская школа сохранилась. Мы нашли специализированные лаборатории, в которых сделали анализ всех мировых методов рекультивации, а их более 40. На основании мирового опыта всех известных международных технологий нами было отобрано для дальнейшего технико-экономического расчета семь способов. Мы привлекли к работе немецкую компанию «MAICO-MANNESMANN», потому что она заинтересовала нас с точки зрения полифункциональности, опыта по утилизации разных видов отходов, начиная от строительных, заканчивая отходами железнодорожных производств, целлюлозной промышленности, нефтяных шламов. Также эта компания не привязана к отдельным поставщикам, что, с нашей точки зрения, указывает на то, что решение будет выбрано объективно. Прежде чем приступать к этой работе, мы провели сбор исходных данных по всем 12-ти шлам-картам. В этой работе принимало участие и экспертное сообщество Иркутской области, и были использованы аналитические материалы, которые имелись в распоряжении архивов БЦБК.

Да, другие варианты были, рассматривали методы вплоть до заселения площадки калифорнийскими червями. Но в полной мере соответствует требованиям экологичности, экономичности, практичности метод омоноличивания. Конечно, еще можно было высушить лигнин и сжечь. С одной стороны, идея как раз подходит для целлюлозного производства. Как правило, на таких предприятиях лигнин пускается в оборот для поддержания энергетического баланса. Но дело в том, что сжигать можно чистый лигнин, а в данном случае он отравлен хлором и серой. А самая страшная вещь при сжигании хлорсодержащих отходов — это диоксины, канцероген, вызывающий онкологию. Более того, в 6,2 млн тонн накопленных в шлам-картах отходов лигнин в сухом остатке составляет всего 15%, и высушивать его можно до бесконечности. На сушку будет затрачено колоссальное количество энергии. Поэтому от метода сжигания мы сразу отказались.

Действительно, некоторые ученые из Иркутской области предлагали свои варианты, например, засыпать все золой, и она сама все сделает. Это несерьезный подход, хотя и такой вариант объективности ради мы тоже проанализировали. Или предлагался вариант сжигания отходов в плазменной установке. Я внимательно изучил эту технологию. Во-первых, единственная в мире такая установка находится в Израиле. Во-вторых, плазмой утилизируют очень опасные остатки химического оружия до атомарного уровня. Бессмысленно делать это с лигнином.

— Общественность, в том числе все то же научное сообщество, вас упрекает в том, что технология не испытана непосредственно на площадке в Байкальске.

— Обычно любой метод, апробирован он или нет, имеет лабораторную, опытно-промышленную и промышленную стадии. На данный момент прошли лабораторную. Действительно, мы не скрываем, что у нас не было возможности именно этот состав монолита использовать на каком-то большом лигнинном поле конкретно в Байкальске. Поэтому было предложено взять одну карту и протестировать на ней всю технологию. Я двумя руками за этот подход. Таким образом проверим все особенности технологии, и этот процесс должен проходить под пристальным контролем заинтересованных структур. Потом будем готовы эту технологию тиражировать.

— Откуда будет взят материал для плодородного слоя, который должен покрыть омоноличенные карты?

— Это элементарная задача. Максимум необходимо 1,2 млн кубов земли. Еще порядка 300 тыс. тонн коры можно перемешать с землей. Я думаю, что мы привлечем к процессу местных почвоведов, которые без труда составят композиционный слой из экономически приемлемых источников. Только по дороге в Байкальск находится три или четыре карьера с разным составом почв. Можно создать самый что ни на есть подходящий состав.

— Вы сказали, что намерены задействовать в процессе ликвидации отходов имеющееся на БЦБК оборудование. Но ведь оно имеет высокий процент износа. Более того, в Западно-Байкальской межрайонной прокуратуре утверждают, что очистные комбината выведены из строя, что стало причиной гибели ила, который осуществлял биологическую очистку сточных вод. И вы сами знаете, что по материалам проверки прокуратуры следственные органы возбудили уголовное дело о нарушении правил обращения с отходами на БЦБК.

— Все почему-то забыли 2008—2009 годы, когда комбинат стоял и ничего не умирало. Ничто не умерло, все работает. Общественная комиссия приезжала — смотрела, убедилась в этом. Очистные работают.

В настоящее время мы определяемся, какое оборудование будет задействовано в течение пяти-шести лет рекультивации и что мы передадим городу. Конечно, износ у объектов высокий, поэтому нужно отремонтировать ту часть инфраструктуры, которая будет использоваться, чтобы хватило ресурса. В частности на очистных предстоит нейтрализовать 2 млн тонн надшламовой воды. Но учтите, что эти 2 млн тонн — это всего лишь 20 дней работы комбината при его обычном режиме.

И те, кто говорит, что очистные не справятся с поставленной задачей, неправы. Справятся. Более того, мы решили задействовать в процессе малый поток очистных, а большой не вводить в работу. Так экономичнее. У очистных сооружений потенциал в десятки раз больше, чем сейчас необходимо. Поэтому мы задействуем только часть оборудования, которое позже передадим городу, если это будет нужно.

— Сколько человек будет задействовано в процессе ликвидации и рекультивации? Ранее вы сказали, что этой работой будут заниматься сотрудники комбината.

— Да, будут привлечены работники комбината. Поиск высокотехнологичных специалистов вроде механиков, операторов особой проблемы не составит. Тем более, на западной аппаратуре обучаться легко. Опытному механику нужно три месяца, максимум шесть, чтобы освоиться. Уже есть люди, которые будут изготавливать известь, также есть специалисты для работы в лаборатории и очистных. С практической точки зрения процесс максимально понятен, и найти персонал на каждый из этапов не составляет проблемы. Людям нужно будет адаптироваться, это же не медиков учить на механиков. Всего планируется привлечь 424 человека. Зарплата будет определяться в зависимости от сезонности, нагрузок. В среднем это будет 20—25 тыс. рублей, возможно 30.

Мы со своей стороны работу предложим, кто захочет работать, сможет трудоустроиться. Понимаете, в Байкальске есть, к сожалению, такой фактор, там люди считают, что кто-то что-то за них должен сделать. Это паразитическое поведение провоцировалось предыдущими собственниками комбината, чтобы направлять людей в нужный вектор. Тем не менее в коллективе есть здравомыслящие лидеры. Мы их уже привлекаем к работе, ведь на базе комбината созданы хозрасчетные единицы — работает ремонтно-механическая база, железнодорожный цех. Нашли людей, которые будут отвечать не только за текущее состояние ТЭЦ, но и за ее модернизацию.

— Теплоисточник все-таки будет модернизирован?

— Безусловно. Мы готовим технико-экономическое обоснование разных вариантов модернизации. После этого перейдем к проектированию.

ТЭЦ должна быть полифункциональной к любым сортам угля. Вы сами помните ситуацию, когда ТЭЦ перешла к нам. Собственник «Востсибугля» возмутился тому, что мы не купили у него все накопленные за время предыдущей деятельности комбината долги и прекратил поставки топлива. А любая котельная подстроена под определенный тип угля. Владелец «Востсибугля» был абсолютно уверен, что мы окажемся в безвыходной ситуации. Не получилось. Мы остались в строю, подобрали другой состав угля, и теперь «Востсибуголь» сам просит нас о том, чтобы покупали у него топливо.

Также возможен вариант древесных отходов. Третий вариант — электрокотельная, самый экологически чистый вид теплоисточника, но все зависит от того, какой будет тариф. Четвертый вариант — сжиженный природный газ. Пятый — мазут. Это все варианты, которые мы рассматриваем.

ТЭЦ должна работать еще и на вспомогательном топливе, если вдруг возникнут перебои. Поэтому будем выбирать наиболее устойчивый вариант, экономически оправданный. Мы делаем проект и обоснование модернизации ТЭЦ, под которые будет осуществлено финансирование. Нужно биться за каждый рубль, он просто так не дается.

Светлана Латынина
(МК-Байкал. 19.05.2014)