1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer

Влияние микропластика на живую природу

plastic-pollutionМы еще не придумали, как системно справиться с наступлением на планету зримого, видимого мусора, как ученые сообщили о новом зло-тренде – микропластике в водоемах. Никогда, даже после тщательной волонтерской уборки берег и акватория Финского залива не станут первозданно-чистыми. В лучшем случае вода будет представлять собой «суп» из невидимых частиц различных полимеров. Подробно о микропластике (МП) и способах борьбы с ним (сразу скажем, что ни один из них пока не является достаточно эффективным) рассказали экоэксперты и ученые на пресс-конференции в петербургском «Интерфаксе».

Микропластик (так принято называть частицы пластика размерами меньше 5 мм) попадает в воду двумя путями. Первый – так называемый «вторичный» микропластик – результат измельчения «макропластика», то есть обычного пластикового мусора, наличие которого в мировом океане признается как огромная проблема всеми без исключения. Пластиковые бутылки и иже с ними распадаются в воде под действием морской соли и ультрафолетовых лучей. Но, увы, распадаются не полностью, а превращаются в искусственный полимерный планктон.

Однако цинизм ситуации в том, что помимо распада «неизбежного» водоплавующего мусора микропластик целенаправленно производится (!), чтобы затем быть смытым вместе с канализацией. Для многих участников конференции стало неприятным сюрпризом то, что твердые микропластиковые частицы специально вводятся в состав косметических средств – зубных паст, кремов-скрабов, шампуней, гелей для душа.

Загадочные голубые частички, которые, как нам кажется, присутствуют в белой зубной пасте исключительно для красоты, на самом деле обеспечивают лучшее трение и очистку зубов. И по этой причине они сделаны из пластика (разумеется, в рекламе нам об этом не сообщают). Секрет действия всевозможных скрабов и средств для пилинга также заключается в наличии микропластиковых гранул. Они помогают соскребать омертвевшие частички кожи. С этой же целью МП добавляется в шампуни, мыла и гели для душа. Организация «Экоцентрум» опубликовала информацию о содержании микропластика в нескольких сотнях видов косметических средств, как российских, так и зарубежных торговых марок.

Трудно себе представить, но «штатный» микропластик содержится даже в помадах, тенях для век, лаках для ногтей, средствах для укладки волос, лосьонах, бальзамах для загара и много в чем еще.

Никакого «улавливания», абсорбции и утилизации этих частиц законодательство до последнего времени не регламентировало (причем не только наше, но и зарубежное). Предполагалось, что после использования косметика просто смывается в канализацию, которая, в свою очередь, должна пройти через очистные сооружения. Но беда в том, что петербургское ГУП «Водоканал» очищает воду только на 98,5% (да и вообще в мире нигде нет стопроцентной очистки), а пластиковые микрогранулы не задерживаются фильтрами! Они беспрепятственно попадают в реки и моря. По информации руководителя программ «Экоцентрума» Дарьи Мытаревой, ежегодно только из косметики и средств гигиены в Балтийское море попадают 40 тонн микропластика.

«Но не отказываться же нам от помады и шампуней!» – трогательно возразила одна из журналисток в зале. Примечательно, что лет 40 назад в Советском Союзе с точно таким же недоумением была бы встречена идея отказаться от шуб из натурального меха. А сегодня даже самые упертые любители мехов, как минимум, знают, что вопрос этот – дискуссионный. В конце концов, помада и крем-скраб – это не предмет первой необходимости. Почему бы, в самом деле, ради сохранения окружающей среды и не отказаться от чего-то ненужного и вредного для природы? Директор Центра экологических решений (Беларусь) Евгений Лобанов считает, что один из путей решения проблемы – изменение привычек людей. Зная, в каких средствах гигиены содержится МП, можно, как минимум, отказаться от них.

Но косметика – это только 3,5% европейского «вала» микропластика. Всего на рынок стран Евросоюза, по информации Лобанова, ежегодно поступает 8000 тонн МП – как первичного, так и вторичного. Так, в Норвегии (эта статистика применима и к другим странам) самый большой процент микропластика (61,9%) поступает от автомобильных шин – их частицы смываются с дорог в ливневую канализацию, беспрепятственно проходят через фильтры и оказываются в море. Второй канал (26,1%) – аналогичным образом смываемые отовсюду (автомобили, фасады домов и т.д.) частицы полимерных красок.

Следует упомянуть и одежду – сегодня она в большинстве своем делается из полимерных волокон и окрашивается полимерными же красителями. «Носить одежду только из натуральных материалов сегодня является непростительной роскошью», – заметил Лобанов, имея в виду, что пристрастия «экологов-для-себя» (есть такой тип людей, эгоистически требующих для себя все лучшее и натуральное) очень затратны для планеты Земля. Даже если свести все леса и посадить на их месте плантации хлопка и льна, натуральной одежды для всех жителей планеты не хватит. Значит, без синтетики не обойтись. А значит, синтетические волокна попадают и будут попадать в водоемы через канализацию при стирке, а также вместе с ливневыми стоками.

«Экоцентрум» весной и осенью этого года проводил мониторинг воды в Финском заливе, Неве и реке Охта. В среднем на 100 л воды обнаруживалось 10 пластиковых микрочастиц и 80 микроволокон. В Охте, которая известна как самая грязная река Петербурга, в каждом взятом на пробу литре микроскоп фиксировал 10 микрообъектов, из которых большинство опять-таки представляли собой волокна. Выходит, проблема практически нерешаема: если один из главных поставщиков МП в воду – это наша синтетическая одежда, то перекрыть мутный поток микроволокон, поступающих в мировой океан, будет возможно лишь с полным уничтожением человечества.

Впрочем, эксперты были настроены менее пессимистично. Зам. начальника отдела надзора на море Росприроднадзора по СЗФО Людмила Филатова полагает, что уменьшить число микропластика можно путем уменьшения объемов макропластика – то есть борьбой с обычным пластиковым мусором. А это – и уборки берегов водоемов, и ликвидация как класса неразлагаемых полиэтиленовых пакетов с заменой их на холщовые авоськи. Евгений Лобанов помимо изменения потребительских стандартов в качестве путей борьбы называет законодательные инициативы и изменение технических стандартов производства (что тоже возможно лишь с помощью законодательной воли государств). Эксперт подчеркнул, что в настоящее время использование микропластика в косметике не регулируется нигде. Швеция планирует ввести запрет на него лишь в 2020 году. Инициатива рассматривается и в других странах.

Серьезную долю в «поставках» микропластика в океан обеспечивают с виду безобидные ушные палочки, выпускаемые сотнями миллионов штук в год. Если изготавливать их не из пластика, а из бамбука или хлопка, то объем загрязнения сильно уменьшится. Есть варианты и для «блокировки» осыпания и попадания в водоемы волокон одежды.

Дарья Мытарева предлагает достойные альтернативы для женщин, которые не могут отказаться от косметических средств: например, крем-скраб с частицами абрикосовых косточек вместо микропластика с этой точки зрения перед природой «чист». Ее данные о системной борьбе с микропластиком более оптимистичны. По информации «Экоцентрума», в США запрет на МП в косметических средствах начал действовать уже в 2017 году. В Англии в данный момент идет обсуждение аналогичной законодательной инициативы. Ограничения начали действовать в Нидерландах и некоторых странах Скандинавии. В Канаде производить МП перестали с этого года, прекратят продавать в 2018, а полностью откажутся от его использования в 2019 году.

Совокупный потенциал ограничительных мер в Евросоюзе – это 4000 тонн МП к 2020 году. Именно настолько можно уменьшить производство микропластика в Европе.

Впрочем, Евгений Лобанов предостерегает, что полезные ограничения на западе могут ухудшить ситуацию в России: «Как известно, когда определенная часть рынка где-либо закрывается, все невостребованное сразу едет продаваться к нам». Понятно, что меры по борьбе с МП должны быть синхронными как минимум в пределах Европы. А лучше – всего мира, как это происходит с выбросами парниковых газов. Ведь микропластик не признает государственных границ, а океанские течения равномерно распределяют полимерный «планктон» по всей планете.

Ученые пока остерегаются превращать тему микропластика в новую общемировую «пугалку». У нас достаточно других экологических проблем, более «зримых». Все исследования в области микропластика – пионерские. Насколько опасен полимерный «суп» для природы в целом и для человека в частности, пока никто четкого ответа дать не готов.

Представительница Росприроднадзора рассказала, что микрочастицы часто принимаются за корм морскими птицами и в особенности рыбами, вместе с которыми пластик может оказаться и на нашем столе. При этом микропластик и без того уже давно путешествует по нашему организму. Сотрудник лаборатории комплексных проблем лимнологии Института озероведения РАН Екатерина Иванова привела данные, свидетельствующие, что полимерные частицы могут абсорбировать вредные вещества, растворенные в воде. Накопив их и попав вместе со съеденной рыбой в наш организм, они будут представлять большую опасность, чем просто случайно проглоченные микрокусочки пластиковых бутылок. Определенные опасения по поводу микропластика высказывают и в Институте экспериментальной медицины РАН. Но в целом о влиянии МП на живую природу нам еще предстоит узнать в будущем. Подобно тому, как о вредном влиянии фосфатных моющих средств на водные экосистемы мы узнали не сразу, а после многих лет их активного применения. Разумеется, хотелось бы предупредить проблему, вместо того чтобы в панике искать пути решения, когда будет поздно.

Ирина Андрианова

http://bellona.ru/2017/12/05/microplastics-water/